Мать погибшего участника специальной военной операции обратилась в суд с иском к его отцу – Владимиру Н. о лишении права на меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего.

Судом установлено, что сын истца заключил контракт с Министерством обороны, выполнял воинский долг в зоне специальной военной операции, погиб в октябре 2025 года. Когда он был ребенком в возрасте 4 лет, отец оставил семью, выехал в неизвестном направлении, более 30 лет не принимал участия в воспитании сына, не поддерживал с ним родственных связей, не интересовался его судьбой.

Доводы истца также подтвердили допрошенные в суде свидетели.

Суд удовлетворил иск, поскольку по итогам рассмотрения пришел к выводу, что фактические семейные связи между ответчиком и его погибшим сыном были утрачены, ответчик самоустранился от участия в жизни сына, не заботился о нем, не принимал участия в  его физическом, духовном и нравственном развитии, не исполнял обязанности по воспитанию сына, то есть между отцом и сыном отсутствовала тесная эмоциональная связь, взаимная поддержка и помощь, ответственность, которая свидетельствовала  бы о наличии семейных отношений.

Суд отметил, что согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.11.2017 № 44, уклонение родителей от воспитания детей выражается в отсутствии заботы об их здоровье, развитии и обучении. Семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи, взаимной поддержки и ответственности. Невыполнение родительских обязанностей влечет установленную законом ответственность, в том числе лишение родительских прав, что является основанием для утраты права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.